az118 (az118) wrote,
az118
az118

Categories:

культ коня и всадники

Золото купит четыре жены,
Конь же лихой не имеет цены:
Он и от вихря в степи не отстанет,
Он не изменит, он не обманет.
Лермонтов

< .. >
Таким образом, данные о распространении ритуальных захоронений коня показывают, что именно южнорусские степи — центр доместикации лошадей — были той древнейшей областью, где впервые возник культ коня еще в конце IV тысячелетия до н. э. и где он сохранился и развивался на протяжении всей эпохи энеолита и бронзового века. Южнорусские степи входили в зону формирования общности индоевропейских диалектов, и есть основания в племенах ямной культурно-исторической общности видеть древнейших ариев — предков индоиранцев [27; 292]. Что касается срубно-алакульских племен, то их индоиранская принадлежность обоснована ретроспективным методом. Вне южнорусских степей культ коня распространяется значительно позднее, и появление его всюду, где это может быть установлено по письменным памятникам, связано с приходом или влиянием групп индоевропейцев.

* * *

Вопрос о распространении коневодства на древнем Востоке все еще вызывает оживленные споры 8. Большинство исследователей связывало появление коня с влиянием индоариев. Теперь установлено, что знакомство с конем произошло в Передней Азии до их появления. На этом основании А. Камменхубер [283, 284], а вслед за ней И. М. Дьяконов [45] вообще отрицают роль индоариев в развитии коневодства. Каковы же современные данные об использовании лошади на древнем Востоке?

На табличках из Джемдет-Насра (конец IV или начало III тысячелетия до н. э.) прочтена идеограмма anse-kur, которой в последующие эпохи обозначалась лошадь [295, знак № 129; 351, стр. 28—29]. К концу III тысячелетия до н. э. [44; 269; 283] относятся упоминания лошади в шумерийской басне о всаднике и его коне [259] и в гимне царя Шульги [246].

Тем же временем датируются изображения всадников на плакетках, происходящих из нескольких персднеазиатских городов [315].

Терракотовые фигурки лошадей или онагров найдены в VI слое поселения Тепе Гавра [347, стр. 68, табл. XXXIV]. Головка лошади найдена в Северной Месопотамии на поселении Тель-Тая в аккадском комплексе (2500— 2350 гг. до н. э.), но реконструкция узды, предложенная Ш. Бекони, неубедительна. Неясно, была ли известна домашняя лошадь в Эламе. Изображение дикой лошади Пржевальского выгравировано на костяной пластине из Суз, датирующейся IV тысячелетием до п. э. [254, рис. 8]. Возможно, III тысячелетием до н. э. датируется статуэтка всадника [331, стр. 125] и печать с изображением человека и двух эквидов [199, стр. 217]. В эламской письменности были три знака, изображающих эквидов. Но во всех случаях неясно, изображена ли именно домашняя лошадь.

Но конь в III тысячелетии до н. э. был животным экзотическим, что отражено даже в названии (осел чуждых горных стран). В остеологических материалах поселений костей лошади нет [264; 294]. Взнуздывали коня, как осла или быка, что было малоэффективно и не позволяло использовать его ни в хозяйстве, ни в военном деле [82; 315; 353].

Судя но виду всадников на плакетках, П. Мури полагает, что изображенные -- чужестранцы, может быть жители Малой Азии [315]. Это представляется весьма вероятным, тем более что большинство свидетельств знакомства с конем связано с территорией Малой Азии.

< .. >

Конь стал, с одной стороны, воплощением богини матери-земли и двух ее спутников-близнецов, олицетворяющих жизнь и смерть, с другой — инкарнацией богов неба и солнца, ибо для индоевропейцев солнце и небо были не только подателями плодородия, но и вечным пастбищем, куда отправлялись умершие предки.

Когда произошла антропоморфизация богов, конь из их воплощения стал атрибутом, спутником и жертвенным животным.

Большую роль играл конь в культе богини-матери. У некоторых индоевропейских народов ее почитали в образе кобылицы: греки поклонялись богине Меланиппе — черной кобылице, культ которой позднее слился с культом Деметры [229, стр: 239—243; 298, стр. 114—125; 307, стр. 198]. Троянцы посвящали своей богине статую лошади [229]. Однако более распространен был образ богини — хозяйки коней. Ее представляли стоящей между двумя всадниками. Эти всадники — спутники богини, близнецы, олицетворяющие противоположные стихии — жизнь и смерть, над которыми властна мать-земля; близнецы предстоят перед богиней один на белом, другой на черном коне, а часто два коня или две конские головы заменяют изображение, всадников. У разных индоевропейских народов богиня или близнецы носят «конские» имена, указывающие на то, что первоначально они выступали не в антропоморфном, а в лошадином образе.

Кельты чтили богиню Эпону — «хозяйку коней», представлявшуюся между двумя всадниками или двумя конями [235, стр. 88; 340; 333, стр. 130, 132; 359, стр. 12]. Богине и конным близнецам поклонялись германцы [272, 359], греки почитали Деметру и двух ее спутников — Диоскуров (одного на белом, другого на черном коне) [236, стр. 68—69; 218], римляне поклонялись близнецам под именем Кастора и Поллукса и Ромула и Рема [345]. Близнецам поклонялись также иранцы [314], индийцы, называвшие их Марутами и Ашвинами от asva — конь [60; 236, стр. 176; 333- 363], а также славяне [26; 150] 18 и балты [59].

В жертву этой богине приносили лошадей, а черепа их вывешивали [274]. Этот обряд был известен еще у сарматов и скифов: конский череп изображен рядом с богиней-матерью на пластине из Мерджан [8, стр. 62], а в росписи склепа из Неаполя скифского представлено жилище, крышу которого венчает два конька, совершенно аналогичных современным. Деревянные коньки на крыше — замена черепов жертвенных коней. Подобные коньки украшают жилище многих индоевропейских народов. В России, особенно на севере, этот обычай сохраняется до сего дня; еще недавно коньки венчали жилища балтийских славян и балтов [256]. В Англии на крыше помещались два конька, которые назывались Horsa и Hengist — лошадиными именами двух мифических царей-близнецов [59; 364, стр. 90—111; 359, стр. 54]. Это английское истолкование позволяет видеть в парах коньков, украшающих крыши и часто изображающихся на ювелирных изделиях и т. п., не столько символ солнца, как обычно трактуется семантика конька, сколько двух коней-близнецов — спутников богини плодородия 19.

Важную роль играл конь и в культе бога умирающей и воскресающей природы. В Средней Азии его почитали под именем Сиявуша, что значит «черный жеребец» [46, стр. 34-44; 142; 143, стр. 83—86; 175, стр. 204]. Кажется, никто еще не обращал внимания на то, что и имя, и обряд оплакивания смерти Сиявуша находят аналогию в греческой мифологии — в очень архаичном культе Меланиппа, имя которого тоже значит «черный конь». Почитание Меланиппа впоследствии слилось с культом Диониса [181, стр. 160—161, 173]. Важно подчеркнуть, что у греков, как и у восточных иранцев, бог умирающей и воскресающей природы первоначально ассоциировался с черным жеребцом, что в двух разных концах индоевропейского ареала его культ был приурочен к солярному календарю, что в его честь устраивались конные ристалища и состязания певцов и поэтов, воспевающих страдания бога.

Наконец, важнейшее значение имел конь в культе небесных и солнечных богов. В образе конной колесницы или только ее части — колеса или коня — представляют солнце все индоевропейские народы. В Ригведе, в Авесте, в греческой поэзии солнце называется «быстроконным», а лучи его сравниваются с развевающимися гривами лошадей [58, стр. 54]. На колесницах изображаются боги солнца, неба и грома: индоиранские Митра, Сурья, Индра, Веретрагна, греческие Аполлон, Гелиос, Зевс, римский Юпитер, хеттский Пирва, славянский Перун, литовский Перкунас и др. [205; 233; 249; 275; 303; 314; 323; 324; 332; 341].

Колесничный вариант мифа у индоевропейских народов мог сложиться не ранее середины II тысячелетия до н. э., когда были изобретены сами колесницы. В более архаичную эпоху солнце ассоциировалось с конем светлой масти. Пережитки этих представлений сохранились и в Ригведе, и в Авесте, где светлый конь является инкарнацией бога 20. В честь богов солнца и неба устраивались конные ристалища, приуроченные к солярному календарю: в Греции — на Олимпийских и Немейских играх, в Индии, Иране и Средней Азии — на новогоднем празднике [181; 269]. Победившая на олимпиаде колесница в Греции ассоциировалась с колесницей Зевса, въезжающего на Олимп после одержанной победы 21.

В религии и мифологии всех индоевропейских народов тема борьбы и победы бога или героя над силами зла ради торжества справедливости, освобождения плодородных сил природы и победы света над тьмой занимает ведущее место.

Особенно популярен в мифологии и фольклоре сюжет борьбы со змеем. В этом мифе светлый конь выступает активным помощником героя: конь Индры носит эпитет «змее-убийца», богатырский конь в русской сказке затаптывает змеенышей [60; 83; 118; 133; 205; 270; 275; 303].

В роли змееборца часто представляется царь, который рассматривается как избранник и земное воплощение победоносного бога [311; 361; 362] 22.
Tags: всадник, конь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments