Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

red dragon

Михаил Булгаков и Остап Бендер

Оригинал взят у galkovsky в post
PS-32. ЧТО НЕОБХОДИМО ЗНАТЬ О МИХАИЛЕ БУЛГАКОВЕ – 6






XX


В 90-е годы по московскому метро ходили попрошайки и заученно гундосили один и тот же текст: «сами мы не местные, отстали от поезда, поможите на билет кто сколько может». «Поможите» было бесконечно тиражируемым сбоем в программе. Кто-то написал текст с ошибкой, а «сами мы не местные», входившие в единую организацию жуликов, русский знали плохо и решили, что так и надо.

Советский человек имеет представление о дореволюционной России примерно такое же, как «мигранты» 90-х, а поскольку его окормляют тоже из единого центра, он так же бездумно тиражирует написанную ему чушь. Уже несколько десятилетий советские инженеры ходят по бесконечному метро собственного невежества и талдычат про «турецкоподданного Бендера». Им кажется, что «12 стульев» и «Золотой теленок» написаны евреями и для евреев, а главной целью этих произведений является злостное надругательство над советскими инженерами русской интеллигенцией, священниками, белоэмигрантами, а в конечном счет над русским народом и самой Россией.Collapse )

_________________________________
наш комментарий

до 17-18 вв национальности вообще ни у кого не было

были происхождение, подданство, вероисповедание и сословность, налагающие обязанности и дающие соотв. им права

"национальность" и "интернациональность" - мерзкие изобретения французской буржуазии времен Бурбунов и ВФР.

Бендер как раз "интернационал"-проходимец.

а на фото Булгакова - истинный немец, под стать Фаусту
red dragon

монизм vs остальное - истоки дуализма классической античности

Тарас Сидаш
Философия Порфирия сквозь призму древних культур


У истоков формирования эллинского самосознания, а, соответственно, и сознания своего отличия и превосходства над варварами, стоит величественная метафора Эсхила, столь емкая и многозначительная, что мы приведем ее здесь полностью и истолкуем. Итак, матери Ксеркса, ушедшего завоевывать Грецию, снится недобрый сон:

Мне снился сон:
Предстали близко, в пышных одеяньях,
Две женщины: персидский на одной наряд,
А на другой — дорийский. Наших жен они
И ростом превосходней, и красой лица;
И, мнится, сестры обе из одной семьи.
И знаю, будто этой — земли эллинов,
Той — варваров достались в родовой удел.
И ссору сестры некую затеяли;
И сын мой будто тут же. Хочет мир меж них
Наладить, укротить их. А потом запряг
Обеих в колесницу и набросил им
Ярмо на выи. В упряжи красуется
Одна, как башня, и браздам покорствует;
Брыкается другая и руками рвет
Постромки, вожжи, — силой выбивается,
Узду похитив, иго пополам сломив.
Упал возница. Дарий, наклоняясь над ним,
О сыне сожалеет. Ксеркс, узрев отца,
На теле раздирает ризы царские.
Такой мне этой ночью сон привиделся .

Природное родство и противоположность характеров: вот что здесь самое важное: не только конфликт интересов, обусловивший взаимную ссору сестер, но и разное отношение к высшему принципу. (Образ колесницы —
традиционный мистериальный образ, о чем нередко говорят в связи с Платоном, и что недурно так же вспомнить и в связи с автором, подвергавшимся даже уголовным преследованиям за любовь к слишком смелым интерпретациям религиозной символики.) Эсхил с гениальной простотой воспроизводит те два элемента эллинского сознания, без которых оно никогда не существовало, к чему бы ни обращалось: единство всего и трагическое противостояние того лучшего, что есть в дольнем, высшему. Эсхилов образ, очевидно, диаметрально противоположен платоновскому: эллины (а они для Эсхила, конечно же, соль земли) это темный конь, сбрасывающий возницу, или это конь белый? Но ведет он себя также. Дела в мире, в душе мира обстоят так, что — благодаря бунту лучшего — возница низвергнут, и таинственный седок, представленный Дарием, утешает его, ибо лучшее уходит к самобытию, оно враждебно высшему, в какой-то момент даже побеждает его (подобно Прометею) и лишь худшее остается следствием высшего. Весь этот конфликт, как и в случае с Прометеем, нужен, чтобы задать темпоральность божественному, показать, что не все, что таковым кажется, на самом деле таково. Персидская монархия столь же тщетно претендует на божественность, сколь и поколение новых богов; именно потому, что и то и другое существует в чужой форме, лучшее из низшего и дольнего раскалывает единство псевдо-божественного и превращает его власть в дым, оставляя в действительности лишь множество противоборствующих моментов, одним из которых становится и оно само, когда поставляет себя самостоятельным принципом. Перед нами мудрость трагического века Эллады во всей ее красоте и глубине. Уже в этой древнейшей метафоре персы выступают рабами, рабами царя или божества — неважно, одно это лицо или два (не будем забывать, что дед этого самого Ксеркса — Кир провозглашался иудеями Мессией, да и персы его обожествляли) . Персы — рабы не по природе, ибо речь идет у Эсхила о сестрах, но по характеру, по этосу, и именно как этос они противостоят свободным, т. е. эллинам.

________________________________
т.е. греки с персами одной природы, но противоположны по характеру, и эта противоположность коренится в их общей природе

Эсхил отразил ситуацию рубежа 6-5 вв до Р.Х., когда Персидская держава пыталась подчинить всю Переднюю Азию, Сев.Причерноморье и Балканы принципу Монархии, а греки были уже торговыми олигархами-республиканцами Полиса, избавившиеся от своих царей.

в натурфилософии данное обстоятельство выразилось в атомизме Левкипа-Демокрита, который по сути представляет собой плюральный (множество видов атомов-начал полноты в едином-начале пустоты) дуализм