Category: религия

red dragon

Бог-Отец Небесный, Бог-Сын Человеческий и Бог-Дух Святой

Нет, это уже не Пресвятая Троица, а лишь Двоица из Первого и Второго Начальных Начал - Второго и Третьего ее Лиц - после умышленного сокрытия Безначального Начала - Ее подлинного Первого Лица,

ибо

во 1-х, Зачатие Прсв.Девой Сына и Его второе рождение при крещении в Иордане происходят от Святого Духа, а тот, от кого зачатие и есть Отец,

во 2-х. Сын везде от-личает Себя от Отца и Духа, но нигде не от-личает Отца от Духа,

в 3-х, Сын, как и полагается сыну, везде ставит себя в субординацию Отцу - "Меня послал Отец Небесный", а не "Я сам заявился",

в 4-х, Сын прямо говорит: от Духа рождается дух (обожение), а от Плоти - плоть (обмирщение).

в 5-х, Сын также прямо говорит - Я пришел не нарушить, а исполнить Закон,  но противоставляет Свой Закон закону Моисея.

в 6-х, Безначальное Начало, Первое Лицо Прсв.Троицы, изводящее из Себя Духа и рождающее от Него Сына - апофатическое Женское Лицо, Душа (проблема filoque - Дух исходит от Души через Сына, а не от Отца и Сына), каковая есть Природа Троицы и производного от Нее Мира.

Стало быть, Отец Небесный и есть Дух Святой и Закон Сына - не закон Моисея.

и потому Новый Завет не имеет отношения к Ветхому.

в числах неонеоплатонизма:

0 - Безначальное Начало, Сверх-Единое -  Душа - Пространство - Чаша.
1 - Первое Начальное Начало - Единое - Дух - Время - Меч.
2 - Второе Начальное Начало - Многое - Логос - Действие - Огонь.

Не для себя, Господи, не для себя, но во Славу Имени Твоего!
red dragon

Небесные Посредники

Небесные Посредники.
Иудейские Истоки Ранней Христологии
(Сборник статей)

от Андрея Орлова (специалиста в ранней христологии и иудаике)


дополнение из конца XIX века

проф. Болотов В.В.
Философское учение
о первом и втором начале

(Филон и Плотин)

Лопухин А.
Библейская история Ветхого Завета.

(какая-то интеллектуальная беспомощность креациониста)
red dragon

Адам в раю

от Николы (rusnar)


Владимир Микушевич. Адамово детство. Из книги «Креациология»



«Волшебная лампа Аладдина» – первая книга, которую я прочитал про себя, узнав, кто такой джинн, а, встретив поэта, Мухаммед воскликнул: «Да сохранит меня Аллах от джинна, который в тебе». Потом за годом год я перечитывал историю Робинзона Крузо, открывшего Бога на необитаемом острове. Читал я и «Приключения Гекльберри Финна», чувствовавшего себя свободным лишь на плоту. И наконец до меня дошли слова: «Я был один в моём раю, и кто-то звал меня Адамом» (Фёдор Сологуб).



в Раю Адам вначале был совсем один - без Евы, без которой негоже Адаму быть, без змия, который самый хитрый из зверей, без Каина и Авеля, которых Ева понесла от Господа, без Сынов Божьих, которые спускались к дщерям человеческим и те рожали от них великанов, из-за чего Господь наслал всемирный потоп....

согласно богословию, Бог есть предельно простое из всего сущего и потому вечен и неизменен, ибо будучи не сложным не может разлагаться и меняться, но производит из себя сложное и потому вечно изменчивое как море и огонь мировое древо - древо жизни и смерти
red dragon

о глобальном процессе космогенеза

исследование процесса не есть сам процесс или его создание, хотя и процессов без воздействия на окружение тоже не бывает, и не важна степень разумности окружения.

но главное - исток любого процесса - спонтанное глобальное нарушение симметрии (метааналог гомеостаза) и его локальная компенсация симметрией более сложного типа. А самое простое сущее согласно богословию - это сам Бог как вершина бытия (Дух-Небо-Высота) и его самый низ (Душа-Вода-глубина), откуда возникает разность потенциалов и направление глобального действия, порождающего локальные усложнения, не только сберегающие небесное в земном и водном, но и зачинающие небесный Плод, соединяющий Небо и Землю.
red dragon

кто Отец Небесный

Иисус отвечал: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие. Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух. Не удивляйся тому, что Я сказал тебе: должно вам родиться свыше. Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рождённым от Духа.
— (Ин. 3:5-8)

т.о. Первое Лицо Троицы - не Высший Отец, ибо Отец Небесный - Дух, т.е. Третье Лицо, символ коего - Меч.

но каково же тогда Первое Лицо Троицы?

а такое, какое символизируется водой (и землей), т.е. глубиной (и плодородием) и, стало быть, это Душа, другой символ коей - Чаша.

а между Ними - Их Сын-Логос, Спас, символ которого - Вечный Огонь-Слово, рождаемый Чашей-Душой от исходящего из Нее Меча-Духа.

ибо

Сказал Господь Своим ученикам: всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцем Моим Небесным; а кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным. Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку – домашние его.
— (Мф., 38 зач., 10, 32–36; 11, 1)
red dragon

Яд Могилянки

Яд Могилянки:
какой ущерб нанес России многовековой союз с Украиной

Владимир Тихомиров

На Украине часто говорят о том, какой ущерб понесла страна за время многовекового союза с Россией, заключенного после Переяславской рады 1654 года. Все бывшие российские провинции любят поговорить о компенсации ущерба, которые им будто бы должна заплатить Россия. Гораздо меньше говорят о том, что и Россия от союза с Украиной понесла ущерб. Речь идет о церковном расколе XVII века, который выходцы из Киева, решившие покорить Москву, разжигали как могли. Текст Владимира Тихомирова о том, какую роль они сыграли и как навредили.

Письмо русскому царю

Все начиналось как обычный украинский бунт, который в королевстве Его Величества короля Яна II Казимира (третий король польский и великий князь литовский из династии Ваза - прим.) случался чуть ли не каждый год. Агенты одного магната из города Чигирина отняли у реестрового казачьего полковника Богдана Хмельницкого хутор Субботов, а также, по некоторым данным, убили его десятилетнего сына и увезли женщину, с которой он жил после смерти жены.

Хмельницкий начал искать суда и управы на эти бесчинства, но вскоре он сам — как "подстрекатель" к бунту — был брошен в тюрьму. Личное обращение к польскому королю оказалось безуспешным. Как говорит легенда, Ян II Казимир, бесконечно уставший от свар магнатов, так ответил:

- У тебя есть твоя сабля…

[Spoiler (click to open)]

Хмельницкий, освобожденный из тюрьмы благодаря вмешательству друзей, отправился ниже Запорожской Сечи, за границу владений Польши, где быстро собрал отряд казаков и поднял восстание против поляков.



Въезд Богдана Хмельницкого в Киев | Картина Николая Ивасюка, конец XIX века

Когда же он осознал, что выжить "в одиночку" в Европе XVII века практически невозможно, он и написал письмо русскому царю Алексею Михайловичу с просьбой принять Войско Запорожское в подданство:

Мы зо всим Войском Запорозким услужить вашой царской велможности готовисмо, до которогосмо з найнижшими услугами своими яко найпилне ся отдаемо.

Надо сказать, что царь Алексей Михайлович был поставлен этим письмом в крайне затруднительное положение: ответить "нет" невозможно, ибо речь шла о православных христианах, братьях по вере, угнетаемых католиками. Сказать "да" тоже невозможно, ведь союз с казаками грозил стране новой войной как с турками, контролировавшими Правобережье Днепра, так и с сильной Речью Посполитой, а ведь всего несколько десятилетий назад польский гарнизон стоял в Москве.

Словом, неудивительно, что для обсуждения предложения Хмельницкого в Москве дважды собирались Земские соборы — высшие представительные органы власти той эпохи. И на соборе 1653 года был дан четкий положительный ответ на обращение Богдана Хмельницкого и Запорожского войска.

И уже в середине октября 1653 года в Переяславль — столицу тогдашней Украины — прибыло посольство из Москвы во главе с боярином Василием Васильевичем Бутурлиным. В составе посольства был и глава Стрелецкого приказа (министр обороны, выражаясь современным языком) Артамон Матвеев, друг детства русского царя Алексея Михайловича, который должен был принять клятвы верности царю от каждого казачьего воеводы и старшины, обещая им службу в царском войске, продвижение по карьерной лестнице и щедрое царское жалованье.



Бутурлин и Хмельницкий, "Арка Дружбы народов" в Киеве

Новые группировки элит

Присягнувших было немало. В состав русской армии вошли 11 полков Войска Запорожского со своими атаманами, среди которых был и лихой Филон Гаркуша, и многоопытный полковник Иван Богун, и "русский шайтан" Иван Дмитриевич Серко — тот самый, которому писал лично турецкий султан Мехмед IV по прозвищу Охотник, нарвавшись на грубый ответ, навсегда вошедший в историю. Также — по казенной росписи — присягу приняли "62 военных судьи, 115 шляхтичей, 1475 сотников, есаулов, хорунжих и писарей, 60 375 казаков, 625 войтов, бурмистров и атаманов, 59 895 горожан, 37 монахов… Всего 122 542 человек мужского пола".



Запорожцы пишут письмо турецкому султану | Картина Ильи Репина, 1891

Но присоединение Малороссии привело не только к увеличению численности русской армии, но и к тому, что при дворе Алексея Михайловича появились новые группировки элит — и малороссийского дворянства, и малороссийского духовенства. Причем последние старались занять как можно более влиятельные позиции в иерархии русской церкви. Как следствие, с середины XVII века главенствующую роль в "Книжной справе" — царской комиссии по исправлению богослужебных книг — стали играть выпускники Киево-Могилянской академии.

Прежде всего киевские монахи Епифаний Славинецкий, Дамаскин Птицкий, Арсений Сатановский. Главным же переводчиком духовных книг стал Арсений Грек, уроженец греческого города Трикала и выпускник Падуанского университета в Италии. Идеологом нового "западничества" при дворе стал монах греко-католической церкви Симеон Полоцкий, который вскоре был назначен и воспитателем царских детей. Именно это малороссийское духовенство и сыграло главенствующую роль в Расколе – трагедии русского общества, последствия которого сыграли свою роль и столетие назад.



Памятник Симеону Полоцкому

"Убить его, а тело собакам!"

За века существования на Руси церковная служба сильно "отошла" от своего образца — греческого богослужения. Поэтому царь Алексей Михайлович, мечтавший сделать Москву центром православия взамен павшего Константинополя, поддержал старания своего друга патриарха Никона исправить по греческим образцам церковные книги, когда вместо "Исус" стали писать "Иисус". Так гласит официальная версия истории церковного раскола.

Это только часть правды. Исправлениями богослужебных книг на Руси занимались при каждом царе и при каждом патриархе. Более того, сторонником исправления был и сам вдохновитель Раскола — протопоп Аввакум Петров, который в самом начале своей духовной карьеры считался прогрессивным священником-реформатором, лучшим другом будущего патриарха Никона и горячим сторонником изменения церковных уставов.



Путешествие Аввакума по Сибири | Картина Милорадовича, 1898

Свой путь протопоп Аввакум начал с места настоятеля прихода в селе Лопатицы близ Нижнего Новгорода. Обличая паству, одержимую самыми дикими языческими суевериями, Аввакум вскоре настроил против себя всех жителей округи. Трижды он был бит прихожанами, а однажды его чуть было не утопил в Волге воевода Василий Шереметев, разгневанный тем, что священник отказался благословлять его сына, уличенного в блуде.

Вскоре Аввакума перевели служить протопопом в Юрьевец Повольский недалеко от Москвы. Но и там паства не желала внимать призывам священника строить свою жизнь в евангельском духе.

Вытащили меня — человек с тысячу или полторы тысячи их было, — писал Аввакум. — Среди улицы били батожьем и топтали… Больше же всех кричали попы и бабы, которых унимал я от блуда: "Убить его, а тело собакам в ров кинем!"

После этого о новом ревнителе христианского благочестия, едва не принявшем мученическую смерть за веру, заговорили и в Москве. Аввакума тепло приняли при дворе, а царский духовник Стефан Вонифатьев ввел Аввакума в придворный "Кружок ревнителей благочестия" — клуб богословов, в котором состоял и будущий патриарх Никон. Вместе с Никоном они вошли и в "Книжную справу".

Особые отношения у Аввакума сложились с царицей Марьей Милославской и ее окружением. Именно она не раз защищала Аввакума от царского гнева, когда выяснилось, что "прогрессивный священник" стал выступать не просто против новых книг, но и против церковной реформы, проводимой "гостями" из Киева по киевским рецептам.

Главный вопрос раскола

Русскому духовенству и мирянам подчас не было никакого дела, что именно богословы из "Книжной справы" переписывают в книгах. Неграмотный народ все равно не читал этих книг, а сельские батюшки еще со времен учебы в семинарии знали все молитвы наизусть.

Раскол возник тогда, когда реформаторы взялись изменить то, что касалось каждого православного христианина, — форму крестного знамения.

Со времен князя Владимира на Руси крестились двумя пальцами — указательным и средним. Этот жест был заимствован с византийских икон Христа Пантократора-Вседержителя, на которых Спаситель был изображен в образе византийского императора. Вместо имперской державы в левую руку Спасителя было вложено открытое Евангелие, а правую руку Христос сложил в особом жесте римского оратора — со времен Римской империи соединенные вместе указательные и средние пальцы означали приказ слушать: "Когда говорю, все должны внимать".



Черный собор Соловецкого монастыря (который отказался принять новые правила и новые богослужебные книги) | Картина Милорадовича, 1885

Позже, конечно, было создано и богословское обоснование двоеперстного жеста: дескать, два пальца символизируют соединение двух начал в Иисусе Христе — божественного и человеческого, а соединение трех остальных означает Святую Троицу.

Но патриарх Никон и его киевские реформаторы ввели троеперстное крестное знамение. Дескать, каждый из пальцев символизирует собой одну из ипостасей Святой Троицы. Смысла в этой замене не было никакого, за исключением того, что именно такой жест был принят в Малороссии и на Балканах. И это была не просто война скрещенных пальцев, но столкновение двух мессианских концепций, двух цивилизаций.

Третий перст против Третьего Рима

Для русской цивилизации определяющим событием стало турецкое завоевание в 1453 году Константинополя — духовного центра всего православного мира. Неизвестный автор "Повести о взятии Царьграда турками" описывал вхождение султана Мухаммеда II в храм Святой Софии как торжество Антихриста:

И вложит руце своя в святая жертвенна и святая потребит, и дасть сыновом погибели.

С этого момента, как писал царю Ивану III ростовский архиепископ Вассиан, именно Москва стала не только наследницей погибшего Константинополя, но и "Новым Израилем", богоизбранным государством, призванным собрать воедино всех православных. С таким мессианским мироощущением "Третьего Рима" русская церковь и прожила два века.

Но выпускники Киево-Могилянской академии, наводнившие Москву, были носителями мессианства иного рода — "проевропейского". Дескать, Москва только тогда и сможет стать Третьим Римом, если в России будет введен "европейский" общеправославный устав и тот обряд, который был привычен в Киеве, ведь Киев ближе расположен к Европе, чем Москва!



Сожжение протопопа Аввакума | Картина Петра Мясоедова, 1897

Свою правоту "киевляне" доказывали теми методами, которые на них самих испытывали польские паны, — тюрьмой, пытками и казнями. И вскоре чуть ли не половина страны ушла в раскол, а по городам и весям пошли слухи, будто бы "киевляне" подменили русского царя.

Понятно, что в таких условиях все богословские споры отошли на второй план, а форма крестного знамения стала своеобразным маркером в системе опознавания "свой – чужой" для политических группировок, деливших власть и деньги. И здесь показательна история раздела владений боярыни Феодосии Морозовой, ставшей на века символом сопротивления "старой веры".

Неженские игры престолов

В 1669 году вся Москва ходила в трауре: во время тяжелых родов умерли царица Марья Милославская и ее новорожденная дочь Евдокия. Все храмы служили заупокойные службы, сотни наемных плакальщиц в голос рыдали по любимой супруге царя Алексея Михайловича, с которой он прожил в браке более 20 лет.

Два года царь ходил в трауре, а потом решил жениться вновь. И здесь интригу решил провернуть уже знакомый нам "министр обороны" Артамон Матвеев, который свел царя со своей юной родственницей Натальей Нарышкиной — племянницей жены Евдокии Хомутовой.

Царь влюбился без памяти, и в январе 1671 года Нарышкина стала царицей. Вместо боярского клана Милославских власть и силу в стране стал прибирать к рукам новый клан — сам Матвеев и стоявшие за ним боярские роды Хомутовых и Нарышкиных, а также многочисленные выходцы из Малороссии, получившие силу благодаря Матвееву.



Выбор невесты царем Алексеем Михайловичем | Картина Седова, 1882

Матвеев прекрасно понимал, что Милославские просто так не захотят уступать влияние, ведь после смерти Марии Ильиничны осталось 9 детей, включая официального наследника престола Алексея Алексеевича (а всего в семье Алексея Михайловича и Марии Ильиничны было 13 детей).

Но потом Матвеев сообразил: все могущество клана Милославских держится, по сути, на плечах одной женщины — боярыни Феодосии Морозовой, которая в те годы считалась самой богатой и влиятельной женщиной Москвы. Убери ее — и вся сила Милославских рассыплется как карточный домик.

Та самая Морозова

Родилась Феодосия в семье царского "окольничего" (то есть "находящегося около царя") Прокопия Соковнина, который прославился тем, что построил стены Белого города — внешний периметр крепостных стен — в Москве. Феодосия с юных лет была фрейлиной и подругой первой жены Алексея Михайловича Романова.

Царица и устроила брак 17-летней Феодосии, выдав ее в 1650 году замуж за своего влиятельного родственника — боярина Глеба Ивановича Морозова.

Еще со времен правления Ивана III представители рода Морозовых всегда были "около трона". Но настоящее их возвышение началось при Романовых, когда царь Михаил Федорович назначил братьев Бориса и Глеба Морозовых воспитателями своих сыновей — старшего Алексея и младшего Ивана. Правда, карьера Глеба Ивановича в качестве царского "пестуна" была недолгой: в возрасте пяти лет Ваня Романов скончался от болезни. Глеб Морозов был выслан из Москвы воеводой в Переславль-Залесский, затем он отправился в Новгород Великий, где на торговле хлебом заработал огромное состояние.

Зато Борис Иванович Морозов стал "теневым кардиналом" при 17-летнем царе: Алексей Михайлович подписывал только бумаги, которые приносил ему "пестун", пользовавшийся неограниченным доверием. Борис Морозов выбрал для царя и невесту. Вообще-то сам Алексей Михайлович хотел жениться на боярыне Евфимии Всеволжской, но интригами Морозова этот брак был расстроен.



Борис Морозов

В женитьбе царя на Милославской у Морозова был свой интерес: вскоре он сам женился на Анне Милославской, младшей сестре царевны, став таким образом царским свояком.

Также он заставил младшего брата Глеба бросить бездетную жену и жениться на молодой Феодосии Соковниной, чтобы обеспечить прочную связь с царским "министром финансов".

И вот, благополучно родив сына Ивана, Федосия Прокопьевна вскоре становится вдовой и наследницей огромного состояния Морозовых (брак Бориса Морозова тоже оказался бездетным).

Это было несметное богатство. Дворец боярыни Морозовой располагался в подмосковном селе Зюзино, и это было настоящее итальянское палаццо: полы были выложены белым и черным мрамором, а в крытых оранжереях с фонтанами разгуливали павлины.

Вся Москва знала, когда Морозова приезжала к царице. Ездила она в огромной карете, запряженной шестью парами лошадей. Кортеж боярыни состоял из двух десятков карет — с вооруженными охранниками, слугами, поварами и няньками. Часто число сопровождающих Морозову слуг доходило до сотни человек, а в ее дворце жило не менее трех сотен слуг и дворовых людей. Ее младшие братья командовали в Москве стрелецкими полками. Противостоять такой силище до воцарения Нарышкиной не мог никто.

Зиндан для боярыни

Артамон Матвеев несколько месяцев готовил "операцию" по устранению Морозовой, планомерно настраивая царя Алексея Михайловича против его родственницы. Подкупленные слуги нашептывали царю, что боярыня специально отказалась приехать в Москву на царскую свадьбу, сославшись на немощное здоровье, — дескать, ее бесит вид счастливого в новом браке царя.

Что она только ради вида посещает обновленные храмы и службы, превратив свое имение в гнездо раскольников, что отчасти соответствовало истине, потому что в Зюзино в то время жил игумен Досифей, который после ареста Аввакума стал его местоблюстителем и организатором старообрядческой оппозиции. В имение Морозовой сходились все нити, связывавшие Пустозерск и Москву с Поморьем, Заволжьем, Сибирью и Доном, а боярыня Морозова, сохранившая связи при дворе, предупреждала вождей старообрядцев о готовящихся арестах. Кстати, благодаря заступничеству Морозовой у самого протопопа Аввакума по обычаям тех лет не выкололи глаза и не вырезали язык, поэтому он и смог написать свою автобиографию.

При этом сам Досифей и Аввакум понимали, что все вопросы веры для боярыни не имеют ровным счетом никакого значения, а в старообрядцах она видит только оппозицию "киевлянам" и Нарышкиным. И вот, когда в Москве стало известно о тайном пострижении боярыни Морозовой в монахини под именем Феодоры, царь Алексей Михайлович сдался и дал добро на ее арест.



"Боярыня Морозова", Картина Василия Сурикова, 1887

В середине ноября 1671 года Морозова и ее сестра Евдокия Урусова были схвачены стрельцами, которые заковали женщин в кандалы и отвезли в Чудов монастырь в Кремль. Допрашивал боярыню сам архимандрит Иоаким, ближайший соратник Матвеева, который решил уговорить ее решить вопрос "по-хорошему" — покаяться перед царем, отписать все имущество в казну и спокойно уйти в монастырь, раз уж ей так приспичило.

Возможно, она так бы и поступила, но в этот момент Морозову настиг еще один удар судьбы: люди Матвеева убили ее 11-летнего сына Ивана. В "Повести о боярыне Морозовой" об этом говорится так: "Отрок же от многой печали впаде в недуг. И прислали к нему лекарей своих, и так его улечиша, что в малых днях Иван умер".

После этого Морозова вообще отказалась от "сотрудничества со следствием". Сестер даже подвергли пыткам на дыбе, а Матвеев собирался сжечь "ведьму" на костре, но против этой позорной казни выступило тогда все боярство, не желавшее создавать прецедент сожжения представителей высшей аристократии.



Пафнутьево-Боровский монастырь в начале XX века

Сестер сослали в Пафнутьево-Боровский монастырь, где узниц стали содержать в земляных ямах глубиной до 10 метров. В этих нечеловеческих условиях женщины прожили два года, получая в качестве пищи только помои с объедками, которые украдкой сливали в ямы сердобольные монахи, рисковавшие за эти приношения своей головой.

Первой 11 сентября 1675 года скончалась Евдокия Урусова. Феодосия Морозова держалась больше — она умерла 1 ноября 1675 года. Их похоронили внутри острога в тайном месте, обернув в грязную рогожу. Креста не ставили — власти боялись перезахоронения тел великомучениц старообрядцами и превращения новой могилы в место паломничества.

Царь Федор

Ровно через год после смерти Морозовой умер царь. Престол наследовал его третий сын, 15-летний Федор Алексеевич.

Новый царь не отличался крепким здоровьем. Он неделями и месяцами не мог выйти из дворца, мучимый недугами. Даже на коронацию его несли на носилках. Но его слабых сил хватило, чтобы справиться с влиянием Нарышкиных.

Царь Федор вернул из ссылки князя Урусова и братьев Соковниных, а вот Артамон Матвеев подвергся опале: под предлогом обиды, будто бы причиненной им одному иноземному послу, Матвеев был лишен чинов и послан воеводой в Верхотурье. Вслед затем он был обвинен в чернокнижии и отправлен в ссылку, в Пустозерск.




В ссылке Матвеев пробыл около 4-х лет в очень тяжелых условиях, писал царю челобитные, просил также содействия у патриарха и у влиятельных вельмож, но добился только незначительного облегчения своей участи.

Лишь в 1681 году по просьбе второй жены Федора Алексеевича Марфы Апраксиной, приходившейся Матвееву крестницей, царь полностью оправдал Матвеева и вернул ему обширные вотчины. Но не успела весть о царском прощении достичь Матвеева, как пришло новое известие: 27 апреля 1682 года скончался царь Федор.

Агония

Пока Милославские готовились к достойным похоронам царя-преобразователя, чье семилетнее правление стало одним из самых спокойных за всю историю России, клан Нарышкиных успел сыграть свою партию: бояре и придворные во главе с патриархом Иоакимом нарекли новым царем не законного наследника престола — 16-летнего Ивана Алексеевича (сына Марии Милославской), но 10-летнего Петра, сына Натальи Нарышкиной.

Артамон Матвеев прибыл в Кремль 11 мая, а уже через 4 дня произошел знаменитый Стрелецкий бунт, поднятый сторонниками Милославских. Первой жертвой стал Матвеев — стрельцы изрубили несостоявшегося "кардинала" прямо на глазах юного царевича Петра. Мучительной смерти был предан и родной дядя Петра — Иван Кириллович Нарышкин, брат Натальи.

В итоге стороны достигли компромисса: на царствие были венчаны одновременно два царя — Иван и Петр, а вот реальные бразды отдали опекуну — царевне Софье Алексеевне (старшей дочери Марии Милославской). Семейная идиллия продолжалась семь лет, пока в сентябре 1689 года Петр Алексеевич, будущий Петр Великий, не заточил Софью Алексеевну в Новодевичий монастырь.



Утро стрелецкой казни | Картина Сурикова, 1881

Окончательно же вопрос с соперничеством Милословских и Нарышкиных был решен в 1696 году, во время Стрелецкого бунта, поднятого все тем же боярином Алексеем Соковниным.

Бунт стал настоящей агонией старой русской армии и стрелецких полков: верные Петру полки под командованием генерала Патрика Гордона окружили мятежных стрельцов на реке Истре в сорока верстах от Москвы. Стрельцов взяли в "котел" и методично расстреляли из новых голландских пушек. Выжившие были подвергнуты мучительным казням.

Казнили не только на Красной площади, но и во всех районах Москвы, где также были сооружены коллективные виселицы, помосты и просто колоды для казней.

Сам Соковнин и прочие влиятельные члены клана Милославских по приказу Петра были колесованы и повешены прямо у окон покоев царевны Софьи в стенах Новодевичьего монастыря — так, чтобы трупы закрывали собой буквально каждое из окон монастырской обители.

Раскол уже без причины

Исчезли распри боярских родов, но вот Раскол Русской церкви остался. Остались и споры о двоеперстном и троеперстном крещении, давно потерявшие политическую подоплеку. За двоеперстное знамение во времена Николая I можно было легко угодить на каторгу. Более того, именно при Николае I начали уничтожаться старообрядческие центры в Петербурге и в Москве — в частности, были закрыты Выгорецкий монастырь, Рогожские и Преображенское "кладбища" (так назывались подпольные монастыри).



Спор о вере | Картина Никиты Пустосвята, 1881

Целые семьи староверов бежали от правительства куда глаза глядят — кто за границу, кто в тайгу. Вслед беглецам была открыта ярая клеветническая кампания. Старообрядцев представляли упорными фанатиками, угрюмыми сектантами, целиком отвергавшими достижения культуры и науки, умалчивая о том, что многие зажиточные старообрядцы посылали своих детей учиться в Англию и Германию. Позже эти дети — Морозовы, Мамонтовы, Рябушинские, Носовы, Хлудовы — стали не только основателями ведущих промышленных мануфактур, но и взяли под свой контроль целые отрасли промышленности.

Ни одна церковь в России не подвергалась таким ожесточенным преследованиям, как русские старообрядцы. Лютеране и католики, иудеи и мусульмане имели совершенно официально свои храмы, церковную организацию, иерархию, могли печатать свои книги и беспрепятственно отправлять свои службы. Но все это было официально запрещено великороссам-старообрядцам, которые не имели ни храмов, ни церковной организации, ни своего священства, которым запрещались крестные ходы и открытая проповедь своих воззрений. И это при том, что, по данным этнографа Павла Мельникова-Печерского, в середине XIX века примерно шестая часть всего православного населения России принадлежала к старообрядцам.

Только после восхождения на престол Александра II Освободителя стали утихать гонения. И лишь в 1886 году — то есть через пять лет после убийства государя Александра II — было издано "Изъяснение" Святейшего Синода о снятии анафемы для всех крестившихся двоеперстно. Дескать, анафема касалась не всех верующих старообрядцев, но только вождей раскола.

Но было уже поздно. Миллионщики-старообрядцы давно уже стали спонсорами различных революционных организаций, обещавших покончить с властью и обеспечить им свободу веры.

https://ruposters.ru/news/22-10-2019/kakoi-uscherb-nanes-rossii-souz-ykrainoi?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com
red dragon

Ужас христианского персонализма

СТОЛу отвечает старший преподаватель Свято-Филаретовского православно-христианского института Владимир Якунцев

Традиционная семья, благочестивое поведение, добрые дела – всё это далеко не главное в христианстве, отмечает старший преподаватель Свято-Филаретовского православно-христианского института Владимир Якунцев. В интервью «Столу» он объясняет, почему православие сегодня всё сложнее отличить от иудаизма и ислама.

Алина Гарбузняк:

– Митрополит Волоколамский Иларион недавно выступил с призывом побольше использовать образ многодетной семьи в рекламе и искусстве. При этом он осудил сознательный выбор некоторых семейных пар оставаться бездетными. С аналогичным призывом выступил и вице-президент Конгресса еврейских религиозных организаций и объединений России Зиновий Коган. Возможно, всё объясняется тем, что они выступали на одной и той же конференции, посвящённой семейным ценностям. Но ведь это не единственный на сегодня случай, когда раввины и православные иерархи выражают полное согласие друг с другом и солидарность. Они регулярно выступают за благопристойность, против оскорбления чувств и т.д. В сумме всё это обычно называется поддержкой традиционных ценностей. Да и совет муфтиев публично говорит о том же. Если убрать имена – не отличить, где говорит православный, где иудей, а где мусульманин. Такой мир и согласие, что даже не верится. Ведь при своём зарождении эти религии очень сильно конфликтовали друг с другом: одни за свою веру готовы были убивать, а другие – мученически принимать смерть. Возникает закономерный вопрос: когда нам больше врали – тогда, когда изображали вражду, или сейчас, когда изображают мир? В то время как на самом деле всё, возможно, объясняется политическим расчётом?

[Spoiler (click to open)]– Перечисленные вами духовные практики (христианство, строго говоря, не совсем религия, но это отдельный разговор) действительно родственные. Они имеют в виду одного Бога – Бога Авраама, Исаака и Иакова. И о семье у них сходные представления – она везде является ценностью. Различия в представлениях касаются того, как семья должна быть устроена, и существенная разница в том, какую ступень в иерархии ценностей она должна занимать. Что касается политики, то она всегда старалась использовать религиозные учения, превращая их в идеологию. Видимо, всегда был дефицит на государственную идеологию. Подавляющее большинство политиков во все времена стремились сохранить власть. Средства для сохранения этой власти избирались в зависимости от конъюнктуры. В Византии в своё время сложилась такая ситуация, когда для заполнения идеологического вакуума использовали христианство. Но появлялись другие империи, где конъюнктура была другая, и там в качестве идеологии использовали ислам. Поэтому для нас принципиально важно различать идеологию на базе какого-то религиозного учения и само религиозное учение, его практику.


Владимир Якунцев

– Правильно ли я понимаю, что в духовном плане христианство и ислам родственны, основное различие – в политике империй, которые их приняли?

– Сейчас я об этом скажу. Я хотел подчеркнуть, что вопрос войны и мира на том уровне, на котором вы спрашиваете, – это практически всегда вопрос политический. И в истории так было, и сейчас так. Сейчас власти выгодна позиция светского государства, по отношению к религиям оно как бы над схваткой и призывает: «Ребята, давайте жить дружно!». У вас, мол, у каждого какая-то своя истина, а на самом деле истина, говорит государство, у меня. Истина в том, чтоб все жили дружно, особо не вякали и чтобы власть сохранялась у определённой группы людей.

– Что же заставляет представителей различных религий эту позицию, выгодную государству, так запросто принимать? Неужели их вера так теплохладна, что они запросто нивелируют различия, существующие между религиями и христианскими конфессиями? Где жаркие религиозные споры минувших веков?

– Эти жаркие споры существуют и сейчас, но не выносятся на поверхность, они решаются в других плоскостях, скажем так, и занимаются ими другие люди и другие службы. А вот в средствах массовой информации проявляется всегда определённая позиция.

– Получается, в СМИ официальные представители религий выступают с позиции власти?

– По сути дела – да. Потому что их цитируют там, где это нужно, в том контексте, в каком нужно, по тем вопросам, которые работают на общую цель. Во всех остальных случаях их вряд ли будут цитировать.

– Вот вы говорите, что религиозные споры идут в других плоскостях. Но любой выход на большую аудиторию возможен пока только через СМИ. Про формирование мнения значительной части общества социальными сетями говорить пока рано. И мы видим, что в обществе сложилось именно такое представление о христианстве, которое доносят до нас СМИ: это религия традиционных ценностей. То есть христианство – это про семью, про благопристойность и скромное поведение, скромную одежду, про благотворительность, про любовь ко всем и т.д. Об этом можно услышать в любом православном храме. Едва ли мусульмане вам скажут, что ислам не про то же самое.

– Мне трудно согласиться с тем, что нет других путей влиять на эту картинку, кроме как через СМИ. Конечно, они влияют. И очень сильно. Если б не влияли, то в них не вкладывали бы столько денег. Но все религиозные практики знают другой путь распространения – через личные отношения, сетевым способом, как пожар в поле: вроде огонь небольшой, но ветерок подул – и всё, ты его ничем не остановишь. Поэтому государственная власть везде очень жёстко контролирует религиозные факторы. Степень самоорганизации у религиозных объединений колоссальная. И действительно идёт работа над созданием картинки, внутри которой этих различий как бы нет. Но различия есть, даже такие родственные учения, вышедшие из авраамической традиции, как иудаизм, ислам и христианство, очень существенно различаются своими представлениями веры как в отношении Бога, так и в отношении того, кто такой человек, в чём суть его жизни и каковы критерии качества этой жизни. И это не только учение – это некая практика, существующая в веках, которая существеннейшим образом отразилась в культуре народов и даже на их психологическом типе, на государственности. На это невозможно не обратить внимание.

– Что есть, например, в христианстве, кроме уважения к уже упомянутым традиционным ценностям?


В христианстве самое главное – это его пророческий настрой. Ключевым моментом жизни человека христианство видит веру, понимаемую как плод встречи с живым Богом (такого нет ни в иудаизме, ни в исламе). И всю жизнь свою христианин осознает именно как следствие и постоянную практику этой встречи.

[Spoiler (click to open)]– Какое практическое выражение это имеет? Вот традиционные ценности имеют самое непосредственное отношение к практике жизни. А в чём выражается эта встреча с Богом?

– В том, что именно этот опыт встречи является конституирующим для жизни христианина. Всё, в том числе и семья, имеет смысл постольку, поскольку эту встречу углубляет, и не имеет смысла постольку, поскольку эту встречу угашает или делает её невозможной.

– Можете привести пример, как семья может углублять или угашать эту встречу?

В этом радикализм Евангелия. Иисус говорит, что если кто любит детей, даже жену, больше, чем Его, тот недостоин Его. Это имеет принципиальное значение. Христиане верят, что если человек этой встречи не имеет, не живёт её энергией, её смыслом и духом, то он стоит на пути смерти. А ислам и иудаизм фокусируются на Законе в широком смысле, то есть на своде некоторых правил, которые нужно соблюдать. Если ты их соблюдаешь, тогда ты уже на что-то имеешь надежду. Это существенная разница, и в этом крайняя скандальность христианства: оно говорит о том, что человек не обретает своей будущности, не обретает подлинной жизни вне встречи с Богом, даже если он совершает хорошие дела.

– Звучит загадочно. Но в таком случае христианство вообще не про традиционные ценности, если оно скандально?

– Смотря в чём видеть традиционность. Христианство достаточно традиционно, но это профетическая (пророческая – А.Г.) такая настроенность, вера в то, что человек, который обретает встречу с Богом и живёт в ней, идёт её логикой, он перерождается, не просто перевоспитывается, становится другим. Это тоже традиция.

– Каким человек становится?

Он становится похожим на своего Учителя. Можно почитать Нагорную проповедь, это словесный портрет, словесная икона самого Иисуса Христа. Он в том числе и о Себе там говорит, Он Сам исполняет то, о чём говорит.

– Если вернуться к вопросу семьи и традиционных ценностей: у Иисуса Христа жены и детей не было. Получается, чтобы быть похожим на него, семью заводить не нужно? Тогда митрополит Волоколамский Иларион вводит нас в заблуждение, говоря о том, что семью нужно пропагандировать.

– Да, здесь тоже есть вызов. Дело в том, что христианство предельно персоналистично. Не индивидуалистично.

– Что это значит?


– Ценность человека перед Богом выше любых сообществ и коллективов. Богу совершенно не свойственна военная логика, согласно которой ради спасения какого-то количества людей допустима гибель меньшего количества. Он ради одной овцы, которая нуждается сейчас в помощи, готов девяносто девятью на какое-то время пренебречь. Поэтому жизнь отдельного человека никогда не дешевле жизни неких абстрактных коллективов. Перед Богом каждый предстоит сам. Но люди также парадоксальным образом представляют собой некоторое единство, родство. Это родство, однако, не обесценивает личности. Поэтому брак и семья правильно устроены тогда, когда они не нивелируют личность, не делают её подчинённой единицей, а наоборот, максимальным образом её проявляют.

[Spoiler (click to open)]– Что значит нивелировать личность в браке?

– Это когда призвание человека, его харизма находится как бы под некоторым условием. Харизма христианина действительно условна в ситуации жизни в браке, семье и даже в своей стране. В то время как в исламе, иудаизме, да и в ветхозаветном опыте, человек достаточно серьёзным образом подчинён роду, какому-то коллективу и находится в его рамках. Христианство же открывает путь к церкви и при этом настаивает, что церковь – это принципиальным образом не коллектив, но родство, которое, наоборот, выявляет персоналистичность человека.

– Во всём вашем объяснении, чем христианство отличается от ислама и иудаизма, не промелькнуло ничего из того, что называется «традиционными ценностями». Между тем в информационном поле христианство присутствует исключительно в этом разрезе. Как объяснить наблюдаемое смещение акцента в сторону традиционных ценностей от той специфики, о которой вы говорите?

– Известный в XX веке православный богослов и проповедник о. Александр Шмеман в своих статьях не раз отмечал, что главная беда православия и христианства в целом заключается в том, что оно превращается в религию. Христианство в том ключе, в котором я раскрыл вам, – это аутентичное христианство, оно, строго говоря, не религия. Встреча с Богом, опыт верности, живого общения, единства – это опыт мистический и потому нетиражируемый. Но он открывается многим – всем, кто ищет его. Всякий ищущий находит, говорит Господь, всякому стучащему отворят и просящему будет дано. В христианстве может присутствовать какой-то религиозный момент, он всегда присутствует: формы, ритуалы, облачения, особый язык… Но это достаточно серьёзная периферия. Беда в том, что чем дальше от вулкана, где энергия, где жизнь, тем сильнее замерзает лава и периферийные моменты становятся центральными. Живой духовный опыт становится или идеологией, или способом самоидентификации человека. И христианство превращается в религию, а религия – это вещь, всегда свойственная этому миру. Если спросить серьёзно: когда родилась религия? Она родилась после грехопадения. Падший человек, как говорят христиане, человек, которого мы видим сейчас в зеркале, – это не тот человек, которого сотворил Бог. Это другой человек – человек с изменённой природой, другими свойствами и характеристиками. Это не значит, что у него совсем ничего нет от Бога, – есть, но с очень серьёзными ограничениями и искажениями. Поэтому человек, которого мы знаем, всегда религиозен, даже если он эту религиозность отрицает. У него всегда есть внутренние конфликты, которые кроме как религиозным путём он разрешить не может.

– Например?

– Вопрос смысла его жизни. Кроме того, ключевым моментом является вопрос смерти. В большинстве случаев религия рождается не из поисков Бога – она рождается из страха смерти, из попыток «приручить смерть». Поэтому религия и вера не совсем одно и то же. Человеку нужно что-то делать со своими страхами, одиночеством, абсурдом, в котором он живёт. Религия здесь сразу находит свою востребованность, потому что она помогает человеку эти концы, которые не сходятся, как-то соединить. Поэтому это всегда неплохо оплачивалось. Для большинства людей в нашей стране такой религиозной практикой является православие. Хотя по своей сути, повторюсь, это не религия.

– Получается, в христианстве то, что находилось на периферии, – уважение к традиционным ценностям – в какой-то момент переместилось в центр. Этим и обусловлено его сходство с иудаизмом и исламом, наблюдаемое в медийном поле. А для ислама и иудаизма такое внимание к традиционным ценностям не является ли также искажением?

– Там это как раз гораздо ближе к центру, потому что иудаизм всё-таки соотносит себя с Законом. Ислам тоже, хотя и осознает себя как попытку возродить простоту веры Авраама и быть в этом смысле послушным пророческому гласу Мухаммеда. Тем не менее на практике здесь есть определённый свод правил, которые надо исполнять. Если ты исполняешь их в достаточном объёме, то имеешь надежду. Вопрос традиционных ценностей там серьёзно прорабатывается: отношение к старшим, к младшим, к себе, к труду – всё это хорошо и достаточно красиво, я бы сказал. Если на практике встретиться с хорошим примером мусульманской или иудейской семьи – это очень красивое зрелище. Наша обыкновенная языческая семья с этим никак не сравнится. Там и муж на своём месте, и жена на своём месте, и дети нормальные… Всё понятно: кто, где и что. Это всё очень красиво. Такой акцент на Законе, добре, красоте и в христианстве очень силён. Но, ещё раз хочу сказать, что сложность и своего рода скандальность христианства заключается в том, что оно нам говорит: это, ребята, всё хорошо, конечно, но этого мало.

_______________________________________________
это то, из чего выросли не только русская интеллигенция, но и весь западный прогрессизм и неолиберализм - персона есть высшая ценность, даже в аду и мучениях достойная вечной жизни
red dragon

Александр Дугин. Глубинный смысл человеческой истории

.
на самом деле начало ролика - это дуалистическая метафизика Аристотеля:

Свет = вечно неизменная Первоформа = (Бог = Ум = Дух) = Абсолютная Действительность,
в процессе самопознания оформляющая
Тьму = вечно изменчивую Первоматерию = (Богиню = Чувство = Душу) = Абсолютную Возможность,
создавая Мироздание.

только Тьма не Отец, а Мать :)

но в традициях древнего и средневекового Востока - даосизма, конфуцианства, православия и допетровской Руси, противостоящих либералам-вырожденцам, порожденным титанами эпох Возрождения, Реформации и Просвещения, которой принадлежали дуалист Декарт и Лейбниц, создавший двоичную систему не для демонстрации новоевроиейского дуализма, а под влиянием др.китайской "И цзин" ("Книги Перемен"), где 0 - Инь, безначальное женское начало (русская Мать-Сыра-Земля - Мировая Душа), 1 - Ян, исходящее из него первое мужское начало (русский Отец-Сияющее-Небо - Святой Дух), а вместе они рождают 2 - второе мужское начало (русский Бог-Сын - Логос-Слово), являя дуальный монизм "Дао дэ цзин" ("Книги Пути"), в которой сказано:

Дао рождает Одно,
Одно рождает Двоицу,
Двоица рождает Троицу,
Троица - все сущее,


или в Евангелии от Иоанна:

Ἐν ἀρχῇ ἦν ὁ Λόγος, -- в Начале было Слово (в Душе было Слово),
καὶ ὁ Λόγος ἦν πρὸς τὸν Θεόν, -- и Слово было от Бога (и Слово было от Духа),
καὶ Θεὸς ἦν ὁ Λόγος -- и Богом было Слово (и Сыном было Слово)

Все чрез Него на́чало быть, и без Него ничто не на́чало быть, что на́чало быть.
В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков.
И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.


что есть истина Прсв.Троицы, которой был приобщен Гераклит, но чуждой поклонникам ремесленника Яхве, слепившего из своего дерьма им подобных